Перейти к контенту →

Опустошитель. Яды. #21.


Картина: Маленькая девочка с раскосыми глазами кормит с руки белого пушистого кролика. Это трогательная картина пропитана ядом иллюзии. Девочка наверняка еще вкусит, и не раз, мясо этого же кролика. Девочка будет обманута, изнасилована, отравлена ядами реальности.

Я смотрю в окно автобуса, я смотрю на лица сидящих вокруг. Везде картина иллюзий. Все вокруг не то что есть на самом деле. В крови каждого — свой яд. Каждый обманут каждым.  Климов встает с кровати, надевает тапочки, берет стакан воды. В стакане воды видимость воды и его утреннее отражение после ядов вчерашнего вечера и прогулки по Москве. В опустошительном манифесте двуличного солипсизма Климов вгоняет отраву текстуируя ее. Амфетаминовая дрожь текста в темпе presto и очень largo вдруг становится adagio. Климов берет перо и режет правду, на полу лужей яда  — заблуждения очевидной подмены.

В сторону интеллигенции ядом брызжет Могутин, его пиар ход? Обвинения и упразднение от пролетариата Могутина с угрозой устранения лживости и отравы, бездушности и фарисейства интеллигентов.  Ненависть отравляет Ярослава, он спотыкается и падает в объятья собственного быдлячества. Казалось бы, вот только, что он распял интеллигентов, и тут же меры по их ликвидации и ограничению, что это? Утопия? Или все же некоторое алиби? Он уже готов сорваться и сделать последний поцелуй родине?

Morturo ergo sum. Эмиль Гелич. Повествует столь ярко и сочно о Гейдаре Джемале. Картина маслом, бытовые зарисовки настолько настоящи, проникновенны, удивительно интригующи личностью Джемаля. Южинский вертеп от Алексея Челнокова —  как развитие темы поиска и преображения, где в одной обойме этого общества гремучая смесь из Мамлеева, Джемаля, Лимонова, Головина.  Жизнь с ее радостями и поисками. Отличная зарисовка, богатая воспоминаниями.

Проза юродствует.

Алеников — глава из книги «Ублюдки» Каждая смерть, в этой главе яд алкоголя взрывает отца, смешна, ибо доведена до абсурда и невозможности.

Каприз Ислама — скучен.

БолошневИдеальный съем — это  пошлость похоти, стадия безумства кожного зуда, великолепно настолько, насколько может увлечь треш.

Юрий Юров — Я и мои миры (цикл рассказов). Каждый найдет свое. Кому золотой свет, кому Я и цифра 1. Но, в целом, крепкие новеллы.

Рубрика Мертвый Текст представлен размышлениями Игнация Вицкевича. Проглатывается взахлеб, ибо есть с чем сравнить, жили не тужили и не в вакууме блуждали. Прошедший крым рым и медные трубы — автор подводит к здоровому образу жизни. Вкусив яда — сложно отказаться от его сладости и тумана, кто-то находит силы выйти за порог пристрастия, кто-то сумел договорится с демоном, кто-то так и остался лежать в траве.

О самом главном.

Жорж Батай.

Фашизм — несомненно яд. Зло. Батай энциклопедист. Муссолини  не был так уж обреченно туп, и даже в его Стремление к власти — удивительно пацифистично смотрятся. Массы заражаются ядом фашизма, элиты эксплуатируют национальную идею. Нация — как пациент, не жива, но и не мертва. Антисемитизм красной нитью сквозь манипуляции. Все те же серебряные монеты, все то же предательство. На растерзание  — Ницше. Пишет об одном, его перевирают, выдергивают из контекста, сжигают архивы. Очистительна клизма от Батая обществу в защиту Ницше. Как яйцо — очищается имя Фредерика. Ворох данных, удивительных фактов, отличный слог. Жоржик — на высоте. Плавно в Ницшевские Хроники от развития цивилизации до ницше-дионис, от падения в деградацию народов — до, все той же, дегуманазации. Самый ходовой товар — религия — вера, патриотизм — родина. Все вповалку отравлены, вооружены, истреблены. И еще вдруг гуманист Де Сад…В защиту людей, за отмену смертной казни. Безумие Ницше.  Многие могут не знать «Антихриста», но каждый вдруг вспомнит поцелуй культового немца забитой лошади. Кроха соли — поцелуй не символ — это акт, осмысленный настолько глубоко, что возврат к животным именуемыми людьми  в здравом уме — самоубийству.

О Кино(?)

Я раздеваюсь, наполняю ванну горячей водой и устремляюсь в текст. Забегая вперед скажу — наслаждение текстом велико настолько, что легко заменяет акт мастурбации. Поистине рубрика сопоставления и выведения проблематики взятых фильмов, их анализ, сопоставления — удивительна синтезирована через образ отношений женщина — мужчина. Женщина — это исчадие, яд ада. Мужчина — честный игрок. Сильнейшая статья вобравшая в себя не только переосмысление кинофильмов, режиссеров, но и удивительные параллели, факты (опять же), секс, тоже, как не странно. Каждый из представленный режиссеров прост в своем гении — выливая из себя свои переживания, частично избавляется от их массы и гнета. На экране мы видим перефраз, эмоциональный, решения собственных проблем. Даже этот вывод далек от полного понимания содержания статьи. Я под впечатлением. Лучшая рубрика журнала.

Дугин Александр — смешон. Алкоголь и душа видимо написаны как оправдательный жест прошлому, или привет из прошлого. Суть — простое и пошлое пьянство обустраивается мистериями.

Итог. Высший бал данному номеру. Это не значит, что в номере все статьи высокопробные, нет, отнюдь. Есть и провальные рассказы, для меня во всяком случае. Но уровень центральных статей перекрывает сполна остальное недоразумение, хотя его не так и много, скорее совсем чутОк.

 

Опустошитель. Яды. #21.


 

Опубликовано в Литература

Комментарии

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.